1824 "Цыганы", третья глава "Евгения Онегина".

Музей открыт в июне 1989 г. Его экспозиция расположена в 6 залах и рассказывает о крымском периоде жизни поэта.Представлены прижизненные издания А.С.Пушкина, предметы быта пушкинской эпохи и крымского быта начала 19 века. В июне 2007 г. создан мемориальный кабинет выдающегося ученого-пушкиниста Б.В.Томашевского, являющегося инициатором создания музея.
Музей расположен по адресу:
Республика Крым, пгт. Гурзуф, ул.Набережная,1 (298640).
Расписание работы: с 10.00 до 18.00. (среда: до 20.00)
Выходные дни : понедельник, вторник.

Контактные телефоны: 8-3654-36-38-86, тел./факс 8-3654-36-38-76, моб.тел 7-978-084-28-65.

Крымские картины и образы

Крымские картины и образы
в романе А.С. Пушкина «Евгений Онегин»

Асан Рамиевич Хуршутов
(Гурзуф - Ялта, 2006)

В энциклопедии русской жизни (как называют уникальный поэтический роман Пушкина) первой трети Х1Х века нашлось место крымским картинам и образам, по которым мы можем судить и об определённых реалиях Крыма того далёкого времени, и об отношении поэта к его природе, истории и народу.

Поэтически нарисованные с помощью слов-образов пейзажи нашего полуострова полны романтического очарования («Воображенью край священный», «Прекрасны вы, брега Тавриды»), прелести невиданной доселе природы. К брегам Тавриды, пронизанным светом южного летнего солнца и пропитанным запахами полуденного моря и лесистых гор, открывшимся перед молодым Пушкиным в своём первозданным великолепии, обращены слова - воспоминания автора «Евгения Онегина», отправившего своего главного героя в недосягаемый для себя Крым:

«Вы мне предстали в блеске брачном:
На небе синем и прозрачном
Сияли груды ваших гор,
Долин, деревьев, сёл узор
Разостлан был передо мною.»

В черновой рукописи есть и такой вариант:

«Прелестны вы, брега Тавриды
Когда вас видишь с корабля –
При свете утренней Киприды –
Так (помню) вас увидел я.
Вы мне явились в блеске брач(ном)
На небе ясном и прозрачном
Темнелись груды ваших гор.»

Небо, которое увидел и запомнил поэт - ясное, синее, прозрачное. Горы одновременно и сияли (освещенные солнцем), и темнели (на фоне ясного неба и моря), а приморские долины подобны узорному изумрудному ковру. Прилагательное «брачный» подчёркивает чистоту нетронутой еще разрушающей цивилизацией природы горного Крыма и его южного берега.

Впервые крымский берег увидел Пушкин (и главный герой «Евгения Онегина») при переправе через керченский пролив:  

«Он едет к берегам иным – Он прибыл из Та (мани) в Крым
Он зрит поэту край священный»


И далее в черновой рукописи:

«Волшебный край!., воспоминанья
 Священной тенью облегли
 Сей отдалённый край земли
                                      --------------
Он видит Керчь уединённый»

Эпитеты пушкинские ярки и ёмки. Отдалённый край земли это и собственно Крым (окраинная территория империи), и керченский берег (восточная окраина Крыма). Очень точно одним словом «уединённый» подчёркнуто относительно изолированное от остальных городов и весей полуострова географическое положение Керчи - восточного его форпоста.

Море присутствует в картинах Крыма - Тавриды повсеместно, хотя слово «море» не использовано ни разу! Но оно ощущается и зримо, и слухом, через картины берегов и «прибрежных скал», фиксацию точки обзора - борта корабля, идущего из Тамани в Крым или из Феодосии к Гурзуфу, в воспоминании о шуме морском и вечном хоре валов, накатывающих на берег.

Крым - край, пронизанный поэзией, излучающий поэтическое. В описании своих уединённых прогулок с музой Пушкин не мог не вспомнить ночное пребывание на морском берегу, слушание ритма волн, бьющих о берег:  

«Как часто по брегам Тавриды
Она меня во мгле ночной
Водила слушать шум морской»

Живое море не просто шумит-голосит, не просто шепчет в ночи, перекатывая пенистой волной камни и шлифуя скалистый берег. Оно славит Всевышнего Творца! И поэт, ведомый музой, услышал эту молитву природной стихии: 

« Немолчный шопот Нереиды,
Глубокий, вечный хор валов,
Хвалебный гимн Отцу миров.»

Читая эти строки я вспоминаю первые аяты трех сур Корана -61-й ( Ас-Саф), 62-й (Аль-Джума) и 64-й ( Ат-Табагун) в переводе В. Пороховой:

Всё в небесах и на земле,
Хвалу и славу воздаёт Аллаху,
Кто мудрости и власти преисполнен!
(61 : 1 )

Всё сущее на небе и земле
Хвалу и славу воздаёт Аллаху –
(Верховному) царю, Святому,
Мудрейшему властителю (миров)!
(62: 1 )

Всё в небесах и на земле
Аллаху воздаёт хвалу и славу!
Ему принадлежит господство (над мирами) 
Ему - хвала, и мощь его над всем!
(64: 1 )

Из прошлого Крыма - Таврии - Причерноморья А.С. Пушкин лучше всего, вероятно, знал античную историю. Античные образы многочисленны в его поэтическом наследии. В описании путешествия Онегина по полуденному краю, бывшему некогда частью, периферией античного мира, автор романа использует образы и имена Артрида и Пилата, Митридата, Киприды. В главе восьмой вспоминает шепот Нереиды.

Среди картин и образов Крыма, в которых переплелись и прошлое, и поэтический вымысел, не только Керчь и Гурзуф, не только берега (которые Пушкин видел с корабля), но и воспоминание о Бахчисарае, о ханском дворце, которые Онегин посетил через три года после своего автора:

«Скажи, Фонтан Бахчисарая!
Такие ль мысли мне на ум
Навёл твой бесконечный шум,
Когда безмолвно пред тобою
Зарему я воображал
Средь пышных, опустелых зал...
Спустя три года, вслед за мною,
Скитаясь в той же стороне,
Онегин вспомнил обо мне.»

Нельзя не обратить внимания, что «Фонтан» написано с большой буквы и уподоблено имени собственному, поскольку это обращение к конкретному «фонтану слёз», который вместе с тем символизировал собой все подобные источники, стал не только ключевым элементом-образом интерьера дворца, но (одновременно) и символом ушедшей эпохи Крымского ханства, и символом современного старого Бахчисарая. И Фонтан, как символ, созданный именно Пушкиным в поэме «Бахчисарайский фонтан», упомянут (зафиксирован повторно) поэтом в «Евгении Онегине».

Вспоминая о Крыме, сопровождая своего главного героя в его путешествии (по хронологии романа это 1823г.), Пушкин гармонично вплетает в канву текста личные воспоминания и, естественно (чтобы обозначить некую рождающуюся поэтическую традицию -  «Он зрит поэту край священный» - строка из варианта черновой рукописи) вспоминает собрата по перу: 

«Там пел Мицкевич вдохновенный
И, посреди прибрежных скал
Свою Литву воспоминал.»

Известно, что Адам Мицкевич путешествовал по Крыму в 1825 году, побывав в Гурзуфе и в доме, в котором с 19 августа до 4 сентября вместе с Раевскими жил Пушкин. Поэтическим памятником его пребывания на нашем полуострове стали «Крымские сонеты», так лаконично (одной строкой) и высоко (об этом свидетельствует слово «вдохновенный») оценённые автором «Евгения Онегина».

О народе Крыма - крымских татарах - буквально одно упоминание :

«А там, меж хижинок татар ...»

Но несколько больше о народе, о его стране и истории в контексте путешествия Онегина :

« Долин, деревьев, сёл узор
Разостлан был передо мною. »

« Сияло всё... везде пестрели
Сады и (хижины) татар»

(вторая цитата из варианта черновой рукописи)

Но даже это немногое, а также топонимы - образы — «Таврида», «Бахчисарай», «Крым» и «Керчь» ( последние два в черновых рукописях) ясно дают понять, что Пушкин и его литературный герой побывали в особой стране, отличной от России и Украины, от других земель своим прошлым, своим (пусть и сильно умалившимся в результате исторических потрясений) народом с его мировоззрением, традициями, культурой.

От лица этого народа, возрождающегося из пепла и руин на родной земле, воспетой великим русским поэтом, благодарю Провидение, подарившее Пушкину в конце лета 1820 года «счастливейшие минуты жизни», а всем нам во многих поколениях его насыщенные любовью к Крыму и уважением к нашим предкам -  его современникам - драгоценные поэтические строки.

 

венуться:

Сборник 1

Главная: Карта сайта